Токио, я не люблю тебя!
…три истории, которые никогда не могли произойти в Токио.
На фоне бессчетного количества растущих как на дрожжах авторских альманахов о любви (скажем дружное спасибо ленте «Париж, я люблю тебя») коллективная работа Мишеля Гондри, Леоса Каракса и Джун-хо Бонга если и не выглядит более лощёно и прилизанно, то, по крайней мере, подкупает оригинальностью, гротеском и гораздо более глубоким раскрытием темы любви/одиночества/отчуждения.
Эта картина представляется мне этакой едко-сатирической вариацией на тему мелодрамы «Париж, я люблю тебя», можно даже сказать - интеллектуальной пародией, для которой название «Токио, я не люблю тебя!» было бы как нельзя кстати. Итак, перед вами три истории, которые никогда и ни при каких обстоятельствах не могли произойти в Токио.
«Дизайн интерьера» (реж. Мишель Гондри)
Мишель Гондри рассказывает историю молодой пары, стремящейся снять более-менее приличное жильё в японской столице. Но денег у наших героев не так много, потому всё что они могут себе позволить - это крохотную как монашеская келья кишащую жирными тараканами комнату где-нибудь на окраине, вид из окна которой открывается на живописную помойку с полуразложившимся трупом рыжего кота. Но даже такое жильё Акира и Хироко могут заполучить лишь после нескольких месяцев упорной работы, поэтому влюблённые временно живут в коморке их хорошей подруги. В то время как Акира лелеет маниловские мечты о карьере кинематографиста, его девушка, ощущая свою никчёмность, начинает превращаться в объект интерьера. В стул.
Что в лице рядового зрителя выгодно отличает Гондри от множества его коллег-режиссёров, так это его умение рассказать историю просто, изящно и несколько наивно. Это не может не умилять. Хотя новелла Мишеля Гондри точно не самая лучшая в альманахе, она задаёт общий тон всему повествованию. Преисполненные лёгкой иронии последние минуты фильма хорошо настраивают зрителя на просмотр «Дерьма» Леоса Каракса. :)
«Дерьмо» (реж. Леос Каракс)
Странное существо, бомжеватого вида, всё в грязи и лохмотьях с бельмом на глазу, взлохмаченными волосами и рыжей бородкой клинышком вылезает на свет божий (т.е. из канализации) и начинает терроризировать добропорядочных жителей Токио. Питается тварь исключительно японской валютой - йеной и императорскими цветами - хризантемами. Поначалу Дерьмо (так он себя называет) только пугает людей, но вскоре начинает их убивать, обнаружив в канализации арсенал оружия, сохранившийся со времён войны. Наконец, с привлечением спецназа, тварь поймана и посажена в тюрьму для последующего суда. Лишь один человек способен говорить на «дерьмовом» языке - это некий Месье Воланд, парижский адвокат, изумительным образом похожий на существо из канализации, с которым ему предстоит общаться...
Оригинальности у второй новеллы не отнять. Да. При просмотре этого трэшевого киновинегрета у меня неотступно возникали ассоциации мистера Дерьмо с дедушкой Лениным. Дерьмо закидывает голову назад точь-в-точь, как это делает Ленин на знаменитых скульптурах, потом эта его бородка клинышком, своеобразное «воскрешение», и наконец, появление его последователей. До смысла новеллы, вряд ли можно докопаться (да и нужно ли?), тем не менее, эта часть точно самая смешная в альманахе. В финале Каракс приводит изящнейшую шутку: зрителю обещают фильм о похождениях мистера Дерьмо в Нью-Йорке - и тут же вспоминается скорая премьера киноальманаха «Нью-Йорк, я люблю тебя»!
«Сотрясающийся Токио» (реж. Джун-хо Бон)
Третья новелла - это история хикикомори, т.е. молодого человека, окончательно порвавшего связи с обществом и ведущего отшельническое существование. Но одно событие нарушает привычное течение жизни Теруюку - он влюбляется в разносчицу пиццы. Однажды она перестаёт приносить заказы - она тоже стала хикикомори.
Последняя часть альманаха поначалу кажется малоинтересной и вялой историей любви. Экзистенциальная сущность новеллы проявляется к самому концу, когда Теруюку узнаёт, что все в Токио стали хикикомори, то есть, не вынеся оторванности то общества, решили уединиться каждый в своём доме.
На самом деле финал этой истории оказывается не таким уж утопическим: в сущности, все мы - те самые хикикомори: каждый из нас живёт в своём скромном мирке, мы озабочены лишь своими желаниями, фобиями и проблемами. Равнодушие к другим людям уже стало нормой. Вот об этом в несколько гротескной форме рассказывает Джун-хо Бонг. Самое интересное, что в финале автор новеллы показывает то, что (пусть и ненадолго) может вновь сплотить людей: это или глобальные бедствия (здесь, как следует из названия - землетрясение) или Любовь.
7 из 10
Показаны сообщения с ярлыком Япония. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Япония. Показать все сообщения
воскресенье, 6 сентября 2009 г.
Такешиз
Два Бита. Два Китано
Широкой общественности Китано известен, прежде всего, фильмами про японскую мафию. Картина «Такешиз» в творчестве режиссёра открывает так называемую трилогию саморефлексивности. Если это и не прощание с привычной гангстерской тематикой, то точно «до свидания, якудза» на неопределённый срок. Сделав огромный вклад в авторское кино, Китано, наконец, оказался на волне успеха, его самурайский экшн с пижонским названием «Затоiчи» принёс долгожданный коммерческий успех. Налицо дилемма. Теперь самое время решать: или податься в мейнстрим и снимать такие вот весёленькие и глуповатые комедии про самураев или же остаться верным измусоленной тематике якудза, что, конечно повлечёт за собой критику. Правда - ну, сколько ж можно?
Очевидно, что проблема самоповторения очень заботит Такеши Китано. Уже в конце девяностых он чётко осознал, что съёмки бесконечных вариаций на тему тяжёлых будней рядового мафиози никак не способствуют развитию его карьеры, совершенствованию мастерства постановщика. В 1999-м вышла необычайно искренняя и совсем не гангстерская лента «Кикуджиро» про мальчика, отправившегося искать свою мать, затем была лирическая драма «Куклы» и комедийно-пародийный боевик «Затоiчи». В этих работах Китано всеми силами стремился уйти от «гангстерской тематики».
Синопсис «Такешиз» обещает зрителю сомнительную кашицу из беспорядочной стрельбы, видений, снов, степа и многого-многого другого. Пересказать с чего началась история фильма несложно, гораздо сложнее подвергнуть её рациональному анализу. Российский слоган «500% Китано» звучит заманчиво, хотя правильнее было бы сказать «Китано200%», ведь в «Такешиз» целых два Китано. Брюнет Китано - успешный режиссёр, большой любитель азартных игр, редчайшей породы циник. Работа для него превратилась в рутину, творчество в интеллектуальное рабство, кино в какую-то дешёвую лажу.
Китано блондин. Впервые зритель увидит его в гриме грустного клоуна. Это, пожалуй, самая легкочитаемая аллегория. Блондин и впрямь персонаж комический, несмотря на то, что по жизни его преследуют одни неудачи. Блондин Китано работает в захолустном магазинчике, но мечтает о карьере актёра. Он обесцвечивает волосы, как и свой кумир из (вымышленного) боевика «Адская жара» (хотя напрашиваются очевидные сравнения со слепым самураем Ичи из «Затоiчи»). Каждый день он усердно ходит на прослушивания, стараясь заполучить хотя бы мизерную эпизодическую роль - и всё безрезультатно. Не то, что произнести заученный текст - нашему растяпе не хватит ума и пуговичку на халате расстегнуть. К блондину постоянно пристают девушки-сталкеры, глуповатые якудза, сумоисты и даже официанты в ресторанах - а бедняга то ли из скромности, то ли от природной глупости не находит что сказать в ответ.
Думаете это история маленького человека? Не угадали. Старинная японская пословица гласит: «Не будите спящего Китано. Китано выйдет из анабиоза и всех перестреляет». И Такеши не заставляет зрителя долго ждать фирменного экшена. Действие фильма быстро перемещается в столь любимое режиссёром русло: жестокость, кровь, стрельба и длинные малопонятные вставки вроде той, в которой огромная многоногая гусеница исполняет на сцене клуба зажигательный степ, или же момента, когда двое толстяков-сумоистов долбят эту самую гусеницу оземь. Пожалуй, ни в одном из его предыдущих фильмов не было столько пальбы из пистолетов. И ни в одном из предыдущих фильмов его не убивали так долго и так абсурдно.
Ничего святого. Китано избрал самый жёсткий способ, дабы разделаться со своими классическими фильмами. И имеет он на то полное право. Степ из «Затоiчи», сцена у моря из «Фейерверка», а с особым садизмом на протяжении всего фильма Такеши измывается над «Сонатиной». Китано почему-то счёл, что всё его творчество можно уместить в один фильм. Картина «Такешиз» - это такая мини-энциклопедия излюбленных режиссёрских штампов. Естественно, для понимания фильма необходимо быть знакомым с предыдущими работами режиссёра, иначе можно попросту не понять «тонкого» японского юмора.
Единственный реальный момент в «Такешиз» - встреча двух разных Китано, а всё остальное - вольное размышление на тему «Как живётся двойнику знаменитого режиссёра» и загадки в этом особой нет. Блондин и брюнет - это две стороны личности Такеши Китано. Первый всё ещё живёт гангстерской романтикой, хоть и осознает, что прежде успешные приёмы его фильмов больше не работают. Поэтому вместо одного «контрольного» выстрела блондин палит по своим врагам вновь и вновь. А второй, брюнет, запутался и устал. Выхода он ищет в иллюзиях и снах, которые возвращают его в успешные девяностые.
Пистолет за поясом, безотказная красотка на пассажирском сидении классического Порше, чёрные очки, фирменная полуулыбка. Такеши Китано действительно застрял в своих фильмах и это он прекрасно осознаёт. «Такешиз» в равной степени можно назвать пессимистичной оценкой собственного творчества и попыткой победить творческий кризис таким вот радикальным методом - снять картину о самом себе. У «Такешиз» нет концовки. Это не просто открытый финал, который зритель должен додумывать сам. Это тупик. Чистейший, беспрерывный поток сознания Китано заводит зрителя туда же, куда и самого режиссёра. Вопрос остаётся без ответа. Попытка номер два? Банзай, режиссёр!
Широкой общественности Китано известен, прежде всего, фильмами про японскую мафию. Картина «Такешиз» в творчестве режиссёра открывает так называемую трилогию саморефлексивности. Если это и не прощание с привычной гангстерской тематикой, то точно «до свидания, якудза» на неопределённый срок. Сделав огромный вклад в авторское кино, Китано, наконец, оказался на волне успеха, его самурайский экшн с пижонским названием «Затоiчи» принёс долгожданный коммерческий успех. Налицо дилемма. Теперь самое время решать: или податься в мейнстрим и снимать такие вот весёленькие и глуповатые комедии про самураев или же остаться верным измусоленной тематике якудза, что, конечно повлечёт за собой критику. Правда - ну, сколько ж можно?
Очевидно, что проблема самоповторения очень заботит Такеши Китано. Уже в конце девяностых он чётко осознал, что съёмки бесконечных вариаций на тему тяжёлых будней рядового мафиози никак не способствуют развитию его карьеры, совершенствованию мастерства постановщика. В 1999-м вышла необычайно искренняя и совсем не гангстерская лента «Кикуджиро» про мальчика, отправившегося искать свою мать, затем была лирическая драма «Куклы» и комедийно-пародийный боевик «Затоiчи». В этих работах Китано всеми силами стремился уйти от «гангстерской тематики».
Синопсис «Такешиз» обещает зрителю сомнительную кашицу из беспорядочной стрельбы, видений, снов, степа и многого-многого другого. Пересказать с чего началась история фильма несложно, гораздо сложнее подвергнуть её рациональному анализу. Российский слоган «500% Китано» звучит заманчиво, хотя правильнее было бы сказать «Китано200%», ведь в «Такешиз» целых два Китано. Брюнет Китано - успешный режиссёр, большой любитель азартных игр, редчайшей породы циник. Работа для него превратилась в рутину, творчество в интеллектуальное рабство, кино в какую-то дешёвую лажу.
Китано блондин. Впервые зритель увидит его в гриме грустного клоуна. Это, пожалуй, самая легкочитаемая аллегория. Блондин и впрямь персонаж комический, несмотря на то, что по жизни его преследуют одни неудачи. Блондин Китано работает в захолустном магазинчике, но мечтает о карьере актёра. Он обесцвечивает волосы, как и свой кумир из (вымышленного) боевика «Адская жара» (хотя напрашиваются очевидные сравнения со слепым самураем Ичи из «Затоiчи»). Каждый день он усердно ходит на прослушивания, стараясь заполучить хотя бы мизерную эпизодическую роль - и всё безрезультатно. Не то, что произнести заученный текст - нашему растяпе не хватит ума и пуговичку на халате расстегнуть. К блондину постоянно пристают девушки-сталкеры, глуповатые якудза, сумоисты и даже официанты в ресторанах - а бедняга то ли из скромности, то ли от природной глупости не находит что сказать в ответ.
Думаете это история маленького человека? Не угадали. Старинная японская пословица гласит: «Не будите спящего Китано. Китано выйдет из анабиоза и всех перестреляет». И Такеши не заставляет зрителя долго ждать фирменного экшена. Действие фильма быстро перемещается в столь любимое режиссёром русло: жестокость, кровь, стрельба и длинные малопонятные вставки вроде той, в которой огромная многоногая гусеница исполняет на сцене клуба зажигательный степ, или же момента, когда двое толстяков-сумоистов долбят эту самую гусеницу оземь. Пожалуй, ни в одном из его предыдущих фильмов не было столько пальбы из пистолетов. И ни в одном из предыдущих фильмов его не убивали так долго и так абсурдно.
Ничего святого. Китано избрал самый жёсткий способ, дабы разделаться со своими классическими фильмами. И имеет он на то полное право. Степ из «Затоiчи», сцена у моря из «Фейерверка», а с особым садизмом на протяжении всего фильма Такеши измывается над «Сонатиной». Китано почему-то счёл, что всё его творчество можно уместить в один фильм. Картина «Такешиз» - это такая мини-энциклопедия излюбленных режиссёрских штампов. Естественно, для понимания фильма необходимо быть знакомым с предыдущими работами режиссёра, иначе можно попросту не понять «тонкого» японского юмора.
Единственный реальный момент в «Такешиз» - встреча двух разных Китано, а всё остальное - вольное размышление на тему «Как живётся двойнику знаменитого режиссёра» и загадки в этом особой нет. Блондин и брюнет - это две стороны личности Такеши Китано. Первый всё ещё живёт гангстерской романтикой, хоть и осознает, что прежде успешные приёмы его фильмов больше не работают. Поэтому вместо одного «контрольного» выстрела блондин палит по своим врагам вновь и вновь. А второй, брюнет, запутался и устал. Выхода он ищет в иллюзиях и снах, которые возвращают его в успешные девяностые.
Пистолет за поясом, безотказная красотка на пассажирском сидении классического Порше, чёрные очки, фирменная полуулыбка. Такеши Китано действительно застрял в своих фильмах и это он прекрасно осознаёт. «Такешиз» в равной степени можно назвать пессимистичной оценкой собственного творчества и попыткой победить творческий кризис таким вот радикальным методом - снять картину о самом себе. У «Такешиз» нет концовки. Это не просто открытый финал, который зритель должен додумывать сам. Это тупик. Чистейший, беспрерывный поток сознания Китано заводит зрителя туда же, куда и самого режиссёра. Вопрос остаётся без ответа. Попытка номер два? Банзай, режиссёр!
понедельник, 3 августа 2009 г.
Сонатина
Якудза на природе
«Сначала играешь пьесы, а когда появляются элементарные навыки, переходишь к разучиванию сонатин. Это не означает полного владения инструментом, но знаменует завершение первой стадии обучения…» Такеши Китано
Зарубежная аудитория постепенно затмила японскую численно после выхода фильма «Сонатина» в 1993 году. «Сонатина» — это первый фильм, сделавший имя Китано всемирно известным. Грамотное построение сюжетной линии, выверенные ракурсы камеры, прекрасная музыка Джо Хисаиши… Эту гангстерскую драму по праву можно считать одной из лучших у режиссёра.
В «Сонатине» Китано окончательно определился со стилем, нашёл замечательную формулу для своих фильмов: в ней соединились длинные сцены и минимум действий, прерываемые рваными вспышками кровавого насилия. Фатализм главного героя нашёл выражение во множестве работ Такеши Китано, и ранних («Жестокий полицейский`) и более поздних («Фейерверк`).
Уставший от своего образа жизни гангстер собирался уйти на пенсию, но на Окинаве завязалась война двух преступных кланов. Токийский босс якудзы отправляет Муракаву для прекращения противостояния. Задание оказывается не более чем ловушкой, но приказы в японской мафии не обсуждаются, и Мурокава принимает тяжёлые последствия без возражений. Следующая далее череда трагикомических эпизодов не более чем жестокий фарс: как устранить героя, который сам желает уйти, как убить Муракаву, если он всегда готов к смерти?
Как обычно (что вряд ли можно назвать недостатком) Такеши Китано здесь играет главную роль токийского якудзы Муракавы. В плане актёрской игры ничего нового он здесь не показал. Непроницаемое лицо-маска и философская медлительность при нём всегда, а вот персонаж его совсем другой, со своими странностями. Самое интересное начинает твориться ближе к концу фильма, когда Муракава всячески развлекает своих собратьев, гангстеров, — тут зритель видит уже не сурового якудзу, а вполне обычного, живого человека.
Не получилось бы у Такеши Китано такого хорошего фильма, если бы не музыка талантливейшего композитора Джо Хисаиши. Его простые и лёгкие произведения тонкой нитью связывают разрозненные кадры, придавая фильму особую психологическую тонкость.
Артхаус-боевик «Сонатина» вряд ли можно рекомендовать к просмотру широкой аудитории, да и Такеши Китано к массовости своих фильмов никогда не стремился, но если вы интересуетесь фильмами этого талантливого режиссёра, то посмотреть его четвёртую режиссёрскую работу определённо стоит.
«Сначала играешь пьесы, а когда появляются элементарные навыки, переходишь к разучиванию сонатин. Это не означает полного владения инструментом, но знаменует завершение первой стадии обучения…» Такеши Китано
Зарубежная аудитория постепенно затмила японскую численно после выхода фильма «Сонатина» в 1993 году. «Сонатина» — это первый фильм, сделавший имя Китано всемирно известным. Грамотное построение сюжетной линии, выверенные ракурсы камеры, прекрасная музыка Джо Хисаиши… Эту гангстерскую драму по праву можно считать одной из лучших у режиссёра.
В «Сонатине» Китано окончательно определился со стилем, нашёл замечательную формулу для своих фильмов: в ней соединились длинные сцены и минимум действий, прерываемые рваными вспышками кровавого насилия. Фатализм главного героя нашёл выражение во множестве работ Такеши Китано, и ранних («Жестокий полицейский`) и более поздних («Фейерверк`).
Уставший от своего образа жизни гангстер собирался уйти на пенсию, но на Окинаве завязалась война двух преступных кланов. Токийский босс якудзы отправляет Муракаву для прекращения противостояния. Задание оказывается не более чем ловушкой, но приказы в японской мафии не обсуждаются, и Мурокава принимает тяжёлые последствия без возражений. Следующая далее череда трагикомических эпизодов не более чем жестокий фарс: как устранить героя, который сам желает уйти, как убить Муракаву, если он всегда готов к смерти?
Как обычно (что вряд ли можно назвать недостатком) Такеши Китано здесь играет главную роль токийского якудзы Муракавы. В плане актёрской игры ничего нового он здесь не показал. Непроницаемое лицо-маска и философская медлительность при нём всегда, а вот персонаж его совсем другой, со своими странностями. Самое интересное начинает твориться ближе к концу фильма, когда Муракава всячески развлекает своих собратьев, гангстеров, — тут зритель видит уже не сурового якудзу, а вполне обычного, живого человека.
Не получилось бы у Такеши Китано такого хорошего фильма, если бы не музыка талантливейшего композитора Джо Хисаиши. Его простые и лёгкие произведения тонкой нитью связывают разрозненные кадры, придавая фильму особую психологическую тонкость.
Артхаус-боевик «Сонатина» вряд ли можно рекомендовать к просмотру широкой аудитории, да и Такеши Китано к массовости своих фильмов никогда не стремился, но если вы интересуетесь фильмами этого талантливого режиссёра, то посмотреть его четвёртую режиссёрскую работу определённо стоит.
Банзай, режиссер!
Творческая импотенция. Взгляд от первого лица.
Боевой клич японских воинов-камикадзе, теперь впору выкрикивать скромному обитателю российской глубинки, вставившему в DVD-плеер диск с новым фильмом Такеши Китано, по той простой причине, что просмотр картины «Банзай, режиссёр!» можно приравнять к культурному самоубийству.
Рассказ о витиеватых особенностях японского юмора следует начать с краткой характеристики. «Банзай, режиссер!» — это конечно редкий бред, но одновременно и смешной до колик. Как подходить к разбору картины, которая представляет собой сюрреалистический винегрет различных образов, размышлений и видений режиссёра я, право, не знаю.
Кукла, внешне похожая на Такеши Китано, проходит томографию в больнице. Обследовав «пациента» врач устало просит в следующий раз приходить самого Такеши. А он не хочет, боится. Китано разгуливает по улицам со своим манекеном, печально рассуждая о творческом кризисе. Он, устал, лишился вдохновения и фильмы про бандитов, которые были успешными, снимать ему больше не хочется.
Режиссёр впал в маразм — кино в кризис. В отчаянных попытках уйти от фильмов про якудза, Китано бросается из огня да в полымя, снимая кино то в одном жанре, то в другом. Самурайский экшн, трогательная история любви, социальная драма в стиле ретро, фильм ужасов, история про бандита и продавщицу… Стоп! Опять криминал, опять двадцать пять. Вот незадача — что бы Такеши не делал, выходит всё то же. Съёмки сорваны, но идей у нашего затейника вагон: как насчёт фильма-катастрофы?
В кадре вместо Такеши Китано то и дело появляется его кукла. То ли кукла играет роль режиссёра, то ли Китано играет роль куклы. Очень скоро становится понятно, что если изъять из фильмов Такеши, живого актёра, и заменить его пенопластовым манекеном — лента вряд ли много потеряет. За своим пластиковым «Я» Китано прячется от нападок критики и от самого себя. Герои фильма то и дело почём зря колотят манекена, отчасти сбавляя накопившуюся зрительскую злобу на режиссёра.
«Банзай, режиссёр!» — это едкий фарс, жесточайший стеб над собственными работами (в основном «Куклы» и «Затоiчи»), голливудскими блокбастерами, пинок в сторону своего соотечественника, классика японского кино Ясудзиро Одзу. Говоря словами Китано «Кто будет смотреть фильм, в котором герои полчаса пьют чай или саке?»
И режиссёр полностью потакает своей новой идее. Действительно, зачем снимать получасовые чаепития по всем традициям созерцательности японского кинематографа, когда за это же время в фильм можно ввести несколько сюжетных линий, героев перебить, переженить, обсмеять, а под конец и взорвать всё к чёртовой бабушке.
В пылу драки Такеши Китано угодил пятой точкой прямо на вертикальный металлический конус. Из попы, как из ракетного сопла вырвались огненно красные языки пламени.(!) Смешно? Ну, если смешно, то остаётся только порекомендовать Вам «Банзай, режиссёр!»… к скорейшему просмотру.
Делая откровенный балаган, режиссёр забыл о самом элементарном — уважении к зрителю. Начав нагло, издевательски хохотать, он не остановится, пока всех вокруг не стошнит, включая и его самого. В «Банзай, режиссёр!» Такеши Китано заносит так, что порой задумываешься — а нужен ли ему вообще зритель, так цинично, наплевательски он поступает, нарушая все возможные границы. Конечно, в фильме есть какая-то эстетика, что-то от чистокровного треша, но она настолько груба и безвкусна, что вызывает лишь самое стойкое отторжение.
Поиск самого себя в кино — дело неблагодарное, а кардинальная смена идейной направленности фильмов, да ещё в середине режиссёрской карьеры может завести чёрт знает куда. Начав хорошо в конце девяностых («Кикуджиро», «Куклы»), затем Китано потерял тонкую нить своей режиссёрской оригинальности. Да, снимать он умеет отлично и сейчас, но, к сожалению, его труд направлен впустую.
За паясничеством сложно разглядеть честность. Если ЭТО режиссёрская честность, то выбросив из виду всю его наглую браваду и китч, оказывается: Китано снял фильм о том, что ему больше нечего сказать в кино. Творческая импотенция в жизни — творческий кризис на экране, а как следствие — поток бессвязных образов, тяжёлым грузом свалившийся на зрительские плечи. Вот и всё.
Мозг разрушен.
Боевой клич японских воинов-камикадзе, теперь впору выкрикивать скромному обитателю российской глубинки, вставившему в DVD-плеер диск с новым фильмом Такеши Китано, по той простой причине, что просмотр картины «Банзай, режиссёр!» можно приравнять к культурному самоубийству.
Рассказ о витиеватых особенностях японского юмора следует начать с краткой характеристики. «Банзай, режиссер!» — это конечно редкий бред, но одновременно и смешной до колик. Как подходить к разбору картины, которая представляет собой сюрреалистический винегрет различных образов, размышлений и видений режиссёра я, право, не знаю.
Кукла, внешне похожая на Такеши Китано, проходит томографию в больнице. Обследовав «пациента» врач устало просит в следующий раз приходить самого Такеши. А он не хочет, боится. Китано разгуливает по улицам со своим манекеном, печально рассуждая о творческом кризисе. Он, устал, лишился вдохновения и фильмы про бандитов, которые были успешными, снимать ему больше не хочется.
Режиссёр впал в маразм — кино в кризис. В отчаянных попытках уйти от фильмов про якудза, Китано бросается из огня да в полымя, снимая кино то в одном жанре, то в другом. Самурайский экшн, трогательная история любви, социальная драма в стиле ретро, фильм ужасов, история про бандита и продавщицу… Стоп! Опять криминал, опять двадцать пять. Вот незадача — что бы Такеши не делал, выходит всё то же. Съёмки сорваны, но идей у нашего затейника вагон: как насчёт фильма-катастрофы?
В кадре вместо Такеши Китано то и дело появляется его кукла. То ли кукла играет роль режиссёра, то ли Китано играет роль куклы. Очень скоро становится понятно, что если изъять из фильмов Такеши, живого актёра, и заменить его пенопластовым манекеном — лента вряд ли много потеряет. За своим пластиковым «Я» Китано прячется от нападок критики и от самого себя. Герои фильма то и дело почём зря колотят манекена, отчасти сбавляя накопившуюся зрительскую злобу на режиссёра.
«Банзай, режиссёр!» — это едкий фарс, жесточайший стеб над собственными работами (в основном «Куклы» и «Затоiчи»), голливудскими блокбастерами, пинок в сторону своего соотечественника, классика японского кино Ясудзиро Одзу. Говоря словами Китано «Кто будет смотреть фильм, в котором герои полчаса пьют чай или саке?»
И режиссёр полностью потакает своей новой идее. Действительно, зачем снимать получасовые чаепития по всем традициям созерцательности японского кинематографа, когда за это же время в фильм можно ввести несколько сюжетных линий, героев перебить, переженить, обсмеять, а под конец и взорвать всё к чёртовой бабушке.
В пылу драки Такеши Китано угодил пятой точкой прямо на вертикальный металлический конус. Из попы, как из ракетного сопла вырвались огненно красные языки пламени.(!) Смешно? Ну, если смешно, то остаётся только порекомендовать Вам «Банзай, режиссёр!»… к скорейшему просмотру.
Делая откровенный балаган, режиссёр забыл о самом элементарном — уважении к зрителю. Начав нагло, издевательски хохотать, он не остановится, пока всех вокруг не стошнит, включая и его самого. В «Банзай, режиссёр!» Такеши Китано заносит так, что порой задумываешься — а нужен ли ему вообще зритель, так цинично, наплевательски он поступает, нарушая все возможные границы. Конечно, в фильме есть какая-то эстетика, что-то от чистокровного треша, но она настолько груба и безвкусна, что вызывает лишь самое стойкое отторжение.
Поиск самого себя в кино — дело неблагодарное, а кардинальная смена идейной направленности фильмов, да ещё в середине режиссёрской карьеры может завести чёрт знает куда. Начав хорошо в конце девяностых («Кикуджиро», «Куклы»), затем Китано потерял тонкую нить своей режиссёрской оригинальности. Да, снимать он умеет отлично и сейчас, но, к сожалению, его труд направлен впустую.
За паясничеством сложно разглядеть честность. Если ЭТО режиссёрская честность, то выбросив из виду всю его наглую браваду и китч, оказывается: Китано снял фильм о том, что ему больше нечего сказать в кино. Творческая импотенция в жизни — творческий кризис на экране, а как следствие — поток бессвязных образов, тяжёлым грузом свалившийся на зрительские плечи. Вот и всё.
Мозг разрушен.
Кикуджиро
Как я провёл лето с Кикуджиро
«Я нашел невероятно интересной идею о плохом парне, который совершает хорошие поступки абсолютно случайным образом.»
Наступили летние каникулы, полная свобода жизни и никаких уроков, а маленькому Масао не с кем играть. Все друзья уехали к морю, отложен футбол и каждодневные развлечения. Уроков нет и денег нет и в гости не к кому пойти. Бабушка с утра до ночи пропадает в кондитерской лавке, отец давно погиб в автокатастрофе, а мать уехала зарабатывать на побережье. Случайно обнаружив адрес на фотографии, малыш решает найти её во что бы то ни стало. В провожатые Масао знакомая соседка снаряжает своего мужа — балагура, мошенника и разгильдяя Кикуджиро (или просто странного Дядю, как его называет мальчик).
Наглый, горластый, вечно ищущий легких денег безответственный Кикуджиро не может похвастаться умом или хорошим вкусом, он производит впечатление настоящего балбеса: ходит, переваливаясь, как утка, не любит работать и не умеет плавать, зато непрерывно сквернословит и жульничает, охоч до азартных игр, а житейские проблемы частенько решает при помощи кулака, к сожалению, не всегда успешно. Странный Дядя меньше всего годится роль ангела-хранителя Масао, но именно в этой роли ему и приходится выступать.
Кикуджиро — великовозрастный ребёнок, который и не думает взрослеть, однако совместное путешествие приводит к открытию — некому переосмыслению жизни. Оказывается, герои намного больше подходят друг другу, чем это кажется на первый взгляд.
Весь фильм — это путешествие по безлюдной трассе и с пустыми карманами сквозь самый искренний смех и слезы. На долю героев выпадает множество всяческих приключений: Кикуджиро и Масао встречаются с извращенцем, влюбленной парой, мечтателем-поэтом и двумя грозными на вид байкерами, которые на поверку оказываются нежными и чувствительными существами. Их приключение — причудливый коллаж комических номеров старого и малого, маленького мальчика с истинно японской выдержкой и балбеса в возрасте.
Изрядную долю успеха ленты составляет великолепный саундтрек, написанный замечательным японским композитором Джо Хисаиши. Простая, но такая приятная для слуха мелодия репризой звучит на протяжении всего фильма.
«Чтобы добиться того, чтобы японская публика воспринимала меня как серьёзного актёра, мне пришлось десять лет играть серийных убийц и насильников»
До «Кикуджиро» Такеши Китано снимал фильмы, где было сплошное насилие. Ностальгически вспоминая кровавые фейерверки, когда Бит Такеши смачно выбивал глаз какого-нибудь якудза палочками для еды или проламывал череп завернутым в платок камнем, от этой ленты я ждал того же набора: «главарь банды, насилие, жизнь и смерть». На этот раз «японский режиссёр № 1» подкинул мне загадку посложнее.
В действительности, хотя история самая обычная, в «Кикуджиро» Китано сотворил нечто для себя нетипичное. Этим фильмом Такеши Китано всех удивил. И критики и поклонники режиссёрского стиля ждали от него новой гангстерской драмы, шедевра уровня «Фейерверка». Вместо этого он явил публике совсем другое кино — светлое, человечное и смешное, о приключениях, дороге, мужской дружбе, взаимоотношениях и доброте.
Даже на чужой территории Китано остаётся самим собой, со своей необычной режиссурой и уникальным видением мира. «Кикуджиро», встреченный десятиминутными овациями стоя на Каннском Кинофестивале — прекрасный, захватывающий авторский фильм. Это настоящая сентиментальная трагикомедия в духе классического «Малыша» Чарли Чаплина. Хотите прорыдать весь финал фильма, размазывая кулаком по щеке скупые слёзы? Ничего смешнее «Кикуджиро» я не видел. И ничего трогательнее.
«Кикуджиро» — это редчайшее произведение, способное на один вечер вернуть Вас в счастливое детство. Простая история.
«Думаю продолжить обманывать ожидания зрителей, в положительном смысле» Такеши Китано.
«Я нашел невероятно интересной идею о плохом парне, который совершает хорошие поступки абсолютно случайным образом.»
Наступили летние каникулы, полная свобода жизни и никаких уроков, а маленькому Масао не с кем играть. Все друзья уехали к морю, отложен футбол и каждодневные развлечения. Уроков нет и денег нет и в гости не к кому пойти. Бабушка с утра до ночи пропадает в кондитерской лавке, отец давно погиб в автокатастрофе, а мать уехала зарабатывать на побережье. Случайно обнаружив адрес на фотографии, малыш решает найти её во что бы то ни стало. В провожатые Масао знакомая соседка снаряжает своего мужа — балагура, мошенника и разгильдяя Кикуджиро (или просто странного Дядю, как его называет мальчик).
Наглый, горластый, вечно ищущий легких денег безответственный Кикуджиро не может похвастаться умом или хорошим вкусом, он производит впечатление настоящего балбеса: ходит, переваливаясь, как утка, не любит работать и не умеет плавать, зато непрерывно сквернословит и жульничает, охоч до азартных игр, а житейские проблемы частенько решает при помощи кулака, к сожалению, не всегда успешно. Странный Дядя меньше всего годится роль ангела-хранителя Масао, но именно в этой роли ему и приходится выступать.
Кикуджиро — великовозрастный ребёнок, который и не думает взрослеть, однако совместное путешествие приводит к открытию — некому переосмыслению жизни. Оказывается, герои намного больше подходят друг другу, чем это кажется на первый взгляд.
Весь фильм — это путешествие по безлюдной трассе и с пустыми карманами сквозь самый искренний смех и слезы. На долю героев выпадает множество всяческих приключений: Кикуджиро и Масао встречаются с извращенцем, влюбленной парой, мечтателем-поэтом и двумя грозными на вид байкерами, которые на поверку оказываются нежными и чувствительными существами. Их приключение — причудливый коллаж комических номеров старого и малого, маленького мальчика с истинно японской выдержкой и балбеса в возрасте.
Изрядную долю успеха ленты составляет великолепный саундтрек, написанный замечательным японским композитором Джо Хисаиши. Простая, но такая приятная для слуха мелодия репризой звучит на протяжении всего фильма.
«Чтобы добиться того, чтобы японская публика воспринимала меня как серьёзного актёра, мне пришлось десять лет играть серийных убийц и насильников»
До «Кикуджиро» Такеши Китано снимал фильмы, где было сплошное насилие. Ностальгически вспоминая кровавые фейерверки, когда Бит Такеши смачно выбивал глаз какого-нибудь якудза палочками для еды или проламывал череп завернутым в платок камнем, от этой ленты я ждал того же набора: «главарь банды, насилие, жизнь и смерть». На этот раз «японский режиссёр № 1» подкинул мне загадку посложнее.
В действительности, хотя история самая обычная, в «Кикуджиро» Китано сотворил нечто для себя нетипичное. Этим фильмом Такеши Китано всех удивил. И критики и поклонники режиссёрского стиля ждали от него новой гангстерской драмы, шедевра уровня «Фейерверка». Вместо этого он явил публике совсем другое кино — светлое, человечное и смешное, о приключениях, дороге, мужской дружбе, взаимоотношениях и доброте.
Даже на чужой территории Китано остаётся самим собой, со своей необычной режиссурой и уникальным видением мира. «Кикуджиро», встреченный десятиминутными овациями стоя на Каннском Кинофестивале — прекрасный, захватывающий авторский фильм. Это настоящая сентиментальная трагикомедия в духе классического «Малыша» Чарли Чаплина. Хотите прорыдать весь финал фильма, размазывая кулаком по щеке скупые слёзы? Ничего смешнее «Кикуджиро» я не видел. И ничего трогательнее.
«Кикуджиро» — это редчайшее произведение, способное на один вечер вернуть Вас в счастливое детство. Простая история.
«Думаю продолжить обманывать ожидания зрителей, в положительном смысле» Такеши Китано.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)